В ЦМАКПе назвали пять узлов «противоречий» в экономике России на 20 лет

7

Перспективы российской экономики на горизонте 20–25 лет будут определяться разрешением пяти противоречий, считает экономист ЦМАКПа Дмитрий Белоусов. В их числе невозможность «роботозамещения» рабочих и усиление плановости

4128b2e13ec1279b6dcdb60d3002edc2

Анализируя перспективы посткризисной трансформации российской экономики, можно выделить несколько ключевых противоречий, которые определят повестку на ближайшие 20–25 лет. Об этом говорится в аналитической записке «Уроки на долгосрочный период: что означает «поворот к себе»?» за авторством руководителя направления анализа и прогнозирования макроэкономических процессов Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) Дмитрия Белоусова (РБК ознакомился с очерком экономиста).

Узловые противоречия эксперт увидел как в ситуации на рынке труда, так и во внешнеторговой политике, социальной сфере и логике функционирования экономики.

Трудоизбыточность vs трудонедостаточность

Россия — одновременно и «трудоизбыточная», и трудонедостаточная страна, размышляет Белоусов. С одной стороны, фиксируется высокая скрытая безработица в «старопромышленных» отраслях, сельском хозяйстве, строительстве, ряде секторов сферы услуг. С другой — рабочих и инженерно-технического персонала не хватает.

«Сложился замкнутый круг: избыточная занятость на предприятиях (из-за социальных рисков) — низкие зарплаты (чтобы удержать рост издержек) — бедность и недопотребление <…>. В итоге труд в индустриальных отраслях слишком дешев, чтобы замещаться роботами, и относительно низкопроизводителен», — поясняет экономист. По данным Международной федерации робототехники (IFR), в России в 2020 году на 10 тыс. занятых в промышленности было пять роботов при среднемировом показателе 126 роботов. Ранее ЦМАКП называл это «ловушкой дешевого труда», препятствующей технологической модернизации в России.

Один из вызовов для экономики — ситуация на рынке труда, где присутствуют некоторые отраслевые и региональные диспропорции, признали в Минэкономразвития. Для их преодоления необходимо привлечение высококвалифицированных работников. В частности, властями будет организовано переобучение, повышение квалификации и профессиональная переподготовка для содействия занятости, а в рамках поручений президента будет проработано развитие площадок для обучения граждан новым профессиям для удаленной работы, в том числе в сфере IT, и другим техническим направлениям, сообщили в ведомстве.

В российской промышленности был зафиксирован рекордный с 1996 года уровень дефицита работников, писал РБК. Для развития ключевых отраслей в промышленно-производственном секторе и сельском хозяйстве в ближайшие пять лет потребуется более миллиона специалистов, оценивал глава Минтруда Антон Котяков.

Читайте на РБК Pro Инфляция всерьез и надолго: смогут ли центробанки сдержать рост цен Страна восходящего e-com: что нужно знать о бизнесе в Киргизии Какие сюрпризы ждут инвестора при покупке недвижимости в ОАЭ О чем нужно знать, беря на работу подростков

Несмотря на всю существующую турбулентность, основные вызовы для России на таком длинном горизонте, как 25 лет, — те же, что существуют глобально, и фактор дефицита труда невозможно игнорировать, отметила в беседе с РБК экономист «Ренессанс Капитала» по России и СНГ Софья Донец. Дефицит труда и последствия старения населения еще не имеют элегантного решения, и всему миру придется искать этот путь. Глобально варианта два: либо средняя продолжительность жизни будет расти не слишком значительно, либо понадобится привлекать мигрантов. Оба имеют серьезные побочные эффекты, предупредила Донец.

Во ВНИИ труда (подведомственен Минтруду) не ответили на запрос РБК.

Усиление планового начала vs свободное развитие бизнеса

Переход от преодоления санкционного кризиса к посткризисному росту предусматривает формирование «промежуточных институтов», позволяющих в среднесрочной перспективе обеспечить стимулы модернизации российской экономики, однако затем для обеспечения развития такие институты придется демонтировать, говорится в записке. К «промежуточным институтам» относятся следующие:

  • элементы планирования (в том числе в «юбке кооперации» технологических и инфраструктурных госкомпаний) и ручного управления формированием кооперационных и логистических цепочек;
  • формирование «сред доверия» между участниками специальной военной операции. Доверие, возникшее при совместном преодолении смертельной опасности, снижает риски при построении бизнеса и госуправлении, считает Белоусов;
  • централизация на федеральном уровне ресурсов, мандатов и дефицита бюджетной системы.

Однако впоследствии такие институты превращаются в сдерживающие для экономики факторы и требуют демонтажа, полагает Белоусов. Альтернативой им является «свободное, максимально разгруженное» от избыточных ограничений, ризоматическое развитие частного, главным образом инновационного, бизнеса (ризома в представлениях философов постмодернизма — это сеть из множества не упорядоченных в иерархию точек входа и выхода. — РБК). Это жизненно необходимо и для сохранения экономической динамики, и для снятия с «окологосударства» избыточных рисков, связанных с инновациями и формированием новых кооперационных сетей, говорится в очерке Белоусова.

Соблазн управлять структурной перестройкой экономики может привести к тому, что мы подавим частную инициативу, предупреждала ранее глава ЦБ Эльвира Набиуллина. «Государство должно спрос создавать, а станки делать и предприятия — бизнес. И тогда будет доля государства меньше в экономике», — отмечал министр финансов Антон Силуанов.

Устойчивость отечественной экономики в условиях беспрецедентных внешних вызовов в значительной степени обусловлена ее открытостью и рыночным характером, заявили РБК в Минэкономразвития. «Именно эти качества помогли минимизировать снижение экономической активности и быстро вернуться на траекторию роста», — отметили там. Министр экономического развития Максим Решетников на недавнем Петербургском международном экономическом форуме называл российскую экономику «рыночной в целом».

Действительно, Россия находится на развилке между более плановой экономикой и более рыночной, считает Донец. Сегодня, как и год назад, наблюдается активное влияние государства на экономику в рамках устойчивых институтов. «Эта развилка самая главная, и мы ее не прошли: факторы выбора остаются на столе. Производными от ее решения является масса вопросов как в области технологического суверенитета, так и открытости/закрытости экономики», — констатирует эксперт.

Технологический суверенитет vs кооперация

С одной стороны, опыт последних лет показал, что технологический суверенитет — хотя бы по отношению к критически важным отраслям и продуктам — является основой самостоятельности и безопасности страны, пишет Белоусов.

С другой стороны, нынешний кризис показывает ценность зависимости от России (прежде всего невраждебных стран) в поставках критически важных ресурсов (например, энергоносителей для Китая). Это, в свою очередь, предполагает максимально активную внешнеторговую и кооперационную политику, в том числе ради «привязывания» к России важнейших стран и их элит, рассуждает экономист. В мае доля России в нефтяном импорте Индии достигла рекордных 46%, сообщил Bloomberg.

«Риска «удушения в объятиях», подчинения развития нашей страны приоритетам и логике развития «главного партнера» необходимо, разумеется, избежать», — уточняет Белоусов.

Хозяйственная vs экономическая логика

Важной особенностью ближайших 10–15 лет является взаимопроникновение двух логик функционирования российской экономики — хозяйственной и экономической, считает Белоусов. Хозяйственную логику он описывает как необходимость наличия тех или иных ключевых компетенций и инфраструктур (например, гражданской авиации, сельского хозяйства, медицины) «любой ценой». Экономическая логика выстраивается прежде всего вокруг идеи эффективности.

«Проблема в том, что обе логики являются вполне правомерными — и каждая из них в условиях отсутствия масштабного притока сырьевой ренты может реализовываться лишь с элементами другой. Управление таким балансом приоритетов — дело весьма сложное, хотя до известной степени и отработано на уровне госкорпораций», — констатирует эксперт.

Равенство доходов vs равенство возможностей

Структурные изменения всегда усиливают уровень неравенства, а кроме того, несут риски его институционализации через неравный доступ к образованию, здравоохранению (особенно качественному и превентивному), современным культурным практикам, пишет Белоусов.

С учетом ограниченности ресурсов бюджета для «фронтального» повышения уровня жизни населения понадобится, видимо, существенно большая, чем сейчас, система «нефинансового» выравнивания — через равенство доступа к социальным услугам, в том числе через цифровые инфраструктуры.

В более широком плане это противоречие сформулировано следующим образом: «Переход от идеи максимального равенства доходов (в любом случае — и не достигнутому, и не достижимому в принципе) к максимальному равенству возможностей для человеческого развития», указывает экономист в записке.

По данным Росстата, в первом квартале 2023 года среднедушевые денежные доходы 10% наиболее обеспеченных россиян более чем в 13 раз превышали доходы 10% наименее обеспеченных (115 тыс. руб. против 8,7 тыс. руб. в месяц).

Источник:
https://www.rbc.ru/economics/29/06/2023/649c0c0a9a7947e6cc36e044

Комментарии закрыты.