Глобальный энергетический Ад обернулся для России позитивными изменениями, но есть одно «но».
Ормузский пролив закрыт, Катар в руинах, Европа в панике. Однако, по недавнему заявлению господина Пескова, ситуация позитивная для России. так отреагировал пресс-секретарь Президента РФ на вопрос, как отразится мировой энергетический кризис на экономике нашего государства. При этом представитель Кремля заявил, что доходы страны растут, несмотря на непрерывные атаки украинских террористов на газовые и нефтяные перерабатывающие заводы (к которым можно добавить и взорванные танкеры, перевозящие нефть и газ). По мнению Пескова, жаде эти потери не существенные, дескать, чем меньше на рынке ресурсов, тем дороже они стоят. И оставшиеся продажи Российских энергоресурсов по своей возросшей цене полностью покрывают потери.
Поспорить сложно, ведь то, что случилось весной 2026 года в Ормузском проливе и вокруг катарских терминалов, по степени влияния на глобальные цены сравнимо разве что с нефтяным эмбарго 70 годов.
Начнём с СПГ, потому что здесь наша страна может получить козыри, о которых мы не смели и мечтать после начала санкционной войны. Катар, один из китов мирового газового рынка, объявил о продлении форс-мажора по поставкам аж до середины июня. И причины там не бюрократические. Во-первых, Ормузский пролив, через который идут танкеры, фактически заблокирован для безопасного прохода из-за конфликта. Во-вторых (и это даже важнее), Иран нанёс ракетный удар по крупнейшему катарскому заводу в Рас-Лаффане. Выведены из строя две из четырнадцати линий производства. Ни много ни мало — это дало минус 12,8 миллиона тонн СПГ в год! Что составляет примерно 17% всего экспорта Катара.
Представляете масштаб катастрофы для мирового рынка? Катар обещает восстановить линии за 3-5 лет. А ведь они ещё и расширение мощностей планировали — с 78 до 110 миллионов тонн к 2027-2028 году. Эти планы учёны в стратегиях и Европы, и Азии. И вот теперь «план» превращается в «пшик». Европа, к слову, с 25 апреля вообще запретила импорт российского СПГ по краткосрочным контрактам, до конца года пообещав полный отказ. Отличная стратегия, да? Отказались от надёжного трубопроводного газа и «дружественного» сжиженного из России — и получили перекрытый пролив и разрушенный завод у Катара.
Старший менеджер консалтинговой компании (с ним я полностью согласен), отмечает: дефицит на глобальном рынке усиливается, и сильнее всего это чувствуется в Азии, куда шло 80% катарского экспорта. Но проблема в том, что газовый рынок глобален. Европа и Азия начнут драться за каждую свободную партию СПГ как голодные псы за кость. Азия будет замещать ближневосточные объёмы, Европа — набивать свои подземные хранилища перед зимой. Цены улетят в космос. Причём больший потенциал роста, скорее всего, будет в Азии, а Европа просто будет подтягиваться, закупая остатки по азиатской премии.
А теперь вопрос на миллион: а кто выигрывает в этой энергетической заварушке? Официально экспортёры американского СПГ. У них мощности растут, проекты запускаются пачками. Но неофициально, (и об этом публично говорят некоторые эксперты), Россия оказывается в уникальном положении. Мы единственный крупный игрок, у которого есть свободные объёмы (хоть и под санкциями), способные заместить катарскую дыру. Замглавы Фонда национальной энергетической безопасности (судя по всему, человек стальной выдержки), осторожно намекает: если импортёры будут «пылесосить» рынок, то будут вынуждены брать даже санкционные партии. Проект «Арктик СПГ-2», который долго считался «токсичным», начинает оживать. За январь-апрель 2026 года экспорт российского сжиженного газа вырос на 8,6%, и «Арктик СПГ-2» дал около миллиона тонн.
Как вам этот поворот? Европа закрывала дверь перед нашим газом, а жизнь (и иранская ракета) открыла форточку в виде дефицита и бешеного спроса. Китай уже сейчас берёт «чувствительные» партии, Индия и Южная Азия, зависящие от ближневосточного топлива, тоже потянутся. Да, стратегически для Европы окно захлопывается из-за регуляторов, но тактически, в ближайшие год-полтора, наши газовщики смогут «нагреть руки» на продаже отдельных партий по астрономическим ценам. Это не полноценная «замена Катара» на рынке. Это возможность монетизировать каждую молекулу газа максимально дорого.
Нефтяная история повторяет газовую, но в ещё более жёстком исполнении. Bloomberg рапортует: мировые запасы нефти истощаются с рекордной скоростью. Из-за войны в Иране и блокады Ормуза (через который шла львиная доля поставок) запасы уменьшались на 4,8 миллиона баррелей в день с 1 марта по 25 апреля. Morgan Stanley говорит, что это выше всех прежних минимумов. Мы близки к самому низкому уровню с 2018 года. Около 1500 танкеров стоят в проливе, у экипажей заканчивается вода и еда. Это не просто новость — это предвестник ценовых скачков, которые мы не видели с 2022 года. И Россия, как один из крупнейших производителей нефти вне зоны конфликта, опять оказывается в фаворитах. Цена на нашу нефть определяется спросом и дефицитом, а не только потолками и санкциями.
Резюмирую по энергоблоку: ситуация на мировых рынках углеводородов в мае 2026 года — это идеальный шторм для потребителей и райское наслаждение для продавцов, у которых есть ресурс. У России ресурс есть. И пусть новые производства строятся медленно, а старые проекты под санкциями, но дефицит лечит любые политические болячки. Деньги потекут рекой. Вопрос — как и куда они потекут внутри страны? Но об этом чуть позже. Следите за нашими новостями.
Государство будет продлевать жизнь населению России
Какое отношение к этому процессу имеет Север и пенсия? Прямое - уверяют аналитики.
Читать далее →
